Элана

Мне пришлось выбирать. И я выбрала искусство

Саратовский деловой журнал «Что»
№10 (38) 2007 год

Саратовскую певицу Элану все чаще можно увидеть на федеральных телеканалах. С аншлагом прошел ее концерт в ТЮЗе. А в ближайших планах — выпуск нового альбома и съемки первого клипа, которыми будет заниматься известный московский режиссер Сергей Миров.

«ЭЛАНА:

Мне пришлось выбирать.
И я выбрала искусство.»

— Все музыканты и поэты мира ненавидят этот вопрос, поэтому не откажу себе в удовольствии задать его. К какому стилю или направлению ты относишь свое творчество?

— В первую очередь, я автор. Причем как слов, так и музыки своих песен. То, в какой форме все это будет донесено до слушателя, — вопрос всегда открытый. Вряд ли у меня, конечно, получится сделать что-то в формате MTV, но бывает и кантри, и джаз, и так называемая авторская песня. Есть даже несколько вполне роковых вещей. Они, конечно, звучат не слишком жестко, но если дать их группам «Ария» или, например, «Звери», сказать: «Ребята, аранжируйте» — получатся очень органичные для их творчества вещи.

— А тебе не кажется, что сейчас для поэзии не самое лучшее время. Вот в восьмидесятые был настоящий такой «махровый» андеграунд — поколение дворников и сторожей. И в этом подполье постоянно клубились какие-то процессы, возникали новые имена. Или в «оттепель», когда Евтушенко собирал полные залы, как теперь поп-звезды. А сейчас, ну куда вам, поэтам, тягаться с «Фабрикой звезд» и «Камеди клабом»?

— Для этого мы и организуем эти поэтические вечера, встречи, концерты, чтобы у людей была альтернатива телевизору. Многие просто не знают, что есть не только реалити-шоу. И что самое интересное, на своих концертах я тоже вижу людей из телевизора, тех, кто постоянно мелькает на наших экранах — политиков, бизнесменов. И мне очень приятно, что они приходят ко мне. Может быть, именно за тем, чтобы отдохнуть от всей этой суеты.

— Элана, то, как ты стала певицей, — история совершенно необычная. Я-то ее знаю, но можешь ее рассказать нашим читателям?— Это было четыре года назад. Я тогда как раз начала заниматься йогой и сразу поймала какие-то новые для себя внутренние ощущения… И вот спустя месяц первое стихотворение мне просто приснилось. Оно называется «Я в небе видела калитку…». Собственно, эта строчка и «горела» в моем сне. Я проснулась, записала это стихотворение и с того дня все пошло по нарастающей. Теперь, вспоминая себя прежнюю, могу сказать: сейчас я совсем другой человек.

— А что именно изменилось?

— Главное — приоритеты. Многое из того, что было важно тогда, для меня абсолютно ничего не значит сейчас. И наоборот.

— Ты пыталась как-то бороться с нахлынувшим чувством? Все-таки любой человек держится за старые корни, прежние связи. Страшно шагать в неизвестность…

— Где-то полтора года я пыталась совмещать свой прежний уклад жизни с новым мироощущением. Днем ходила на работу, ночью писала стихи, музыку, записывалась в студии. Но потом поняла, что дальше так продолжать невозможно. У меня же нет в организме тумблера, который переключает управление от головы к сердцу и обратно. А переключаться приходилось постоянно. В общем, пришлось выбирать, и я выбрала искусство.

— А в прежней жизни было место поэзии?

— Стихи никогда не писала, хотя как многие в стране любила петь под гитару чужие песни — Розенбаума, Окуджавы, Визбора, Макаревича. Но не более того.

— Написание стихов, текстов песен, музыки по-прежнему для тебя такой же эзотерический процесс, как и тогда, в первый раз? Или это уже больше похоже на нормальные муки творчества поэта — бессонные ночи, разорванные тетради?..

— Это совершенно неуправляемый процесс. Иногда бывает, что-то пригрезится, привидится, и из этого пытаешься что-то вылепить. Бывает и так, что музыкой навеяло. У меня был уже удачный опыт написания стихов на музыку, причем не на свою. Но чаще всего есть какие-то ключевые слова, которые пульсируют в голове. Ты их и так и сяк вертишь, пока что-нибудь не складывается.

— Для тебя важно, чтобы твои песни знало как можно больше людей? Или достаточно своего круга поклонников, среди которых тебе комфортно выступать?

— Ну, вообще как можно более широкий охват аудитории — это одна из целей любого артиста. Это не потому, что я хочу зарабатывать много денег с продаж своих альбомов. Просто это возможность донести свои мысли большому количеству народа, услышать их отклик. Конечно, для меня это важно.

— А что деньги разве совсем никакого значения не имеют?

Когда ты получаешь финансовую отдачу от любимого дела — это прекрасно. И это должно быть. Но как только пополнение кошелька становится самоцелью — все, прощай, искусство — здравствуй, шоу-бизнес. Ставить шоу и делать на этом бизнес я не хочу. И потом, это не самый перспективный путь. Сколько уже было этих звезд-однодневок, которые вспыхивали на короткое время и затем пропадали! Я же надеюсь, что у меня это всерьез и надолго.

— Бывало так, что ты сталкивалась с абсолютным непониманием того, чем это вы тут занимаетесь? Дескать, в бирюльки играете. И выработалась ли какая-то защитная реакция на такое отношение?

— Открыто в лицо — такого, наверное, не было. А так, конечно, чувствуешь иногда косые взгляды. Я к этому отношусь как к проявлению разнообразия мира. У этого человека, например, такое видение мира, в котором есть место только серьезным делам — политике, бизнесу, акциям. И хорошо, и пусть живет в своем мире. А я буду жить в своем. Что же касается критики, то она, как правило, идет на пользу. Когда я только начинала писать стихи, мне, бывало, так на орехи доставалось от других саратовских поэтов. Хоть плачь… Зато те, кто меня тогда больше всех критиковал, теперь очень сильно меня поддерживают.

— Помимо концертной деятельности ты ведь еще занимаешься организацией вечеров поэтического авангарда. Что это за мероприятия такие?

— Да, у нас на студии «Река» иногда проходят такие вечера, на которые приезжают поэты из разных городов страны. Даже из зарубежья. Для меня очень важна эта возможность пообщаться с близкими по духу людьми. Замечательно, что и в Саратове таких людей становится все больше.

 

 

— Не хочется иногда самой попасть в формат телепередач или радиостанций, чтобы иметь возможность расширить круг своих поклонников?

— Лучше уж формат пусть попадет в меня. У нас уже было несколько замечательных эфиров. Мы выступали на радиостанции «Маяк», в том числе в программе, которая по иронии называется «Неформат». Был у нас живой эфир и на спутниковом канале «Ля-минор». Причем сейчас тот наш концерт «нарезали» на небольшие фрагменты, которые пускают в эфирные паузы. Канал-то вещает на весь мир, недавно мне из Америки дальний родственник звонил, говорит: «Я тебя по телевизору сейчас смотрю». А еще недавно мы совершенно случайным образом попали на запись программы «Браво, Андрей!» про Андрея Миронова на ТВЦ. Нас туда пригласил Сергей Миров, который был сорежиссером программы. Причем там было какое-то невероятное созвездие знаменитостей: Ширвиндты, Оганезов, Голубкина, Захаров, Боярский, Серебренников, Ярмольник, Вишневский, Дибров, Фоменко, группа «Ногу свело» — всех и не упомнишь. А мы исполняли шуточную песню Миронова. Там, где он «обломал немало веток, наломал немало дров». В общем, переделали мы ее на женский лад, спели, наобщались со всем артистическим бомондом. Но я, если честно, до последнего думала, что нас из окончательной версии вырежут. Все-таки запись шла пять часов, — столько звезд, а в эфир вышла только часовая программа. Однако нет — наш номер оставили.

— Когда теперь еще можно будет увидеть певицу Элану на саратовской сцене?

—После того концерта в ТЮЗе мне предложили выступать там хоть каждый месяц. Так часто, конечно, никто не дает концерты в одном городе. Но, думаю, осенью у нас будет еще одно выступление с песнями из моего нового альбома. А так можно еще в Москву или Санкт-Петербург съездить. Нас туда часто приглашают. Только в Доме журналиста в Москве четыре концерта было с начала года.

беседовал Алексей Иванов